Обзор законодательства о возобновляемой энергетике в Азербайджане
I. Введение
Сектор возобновляемой энергетики Азербайджана вступает в существенно более активную фазу. Исторически электроэнергетическая система страны была основана на газовой генерации и крупных гидроэнергетических объектах, при этом возобновляемые источники энергии (ВИЭ), за исключением гидроэнергетики, играли лишь ограниченную роль. Эта ситуация меняется. С 2021 года Азербайджан принял специальную правовую основу для производства электроэнергии из ВИЭ, ввёл новый Закон об электроэнергетике, призванный поддержать постепенную реформу рынка, внедрил вторичные нормативные акты о выборе производителей и об активных потребителях и перешёл от переговорных пилотных проектов к первому конкурентному аукциону на строительство солнечной электростанции промышленного масштаба.
Логика государственной политики Азербайджана в сфере возобновляемой энергетики выходит за рамки одной лишь декарбонизации. Возобновляемая энергетика рассматривается как инструмент сокращения внутреннего потребления газа, увеличения объёмов газа, доступных для экспорта, укрепления роли Азербайджана как регионального энергетического хаба и создания основы для будущего экспорта «зелёной» электроэнергии и водорода. Проведение COP29 (Конференции ООН по изменению климата (2024)) в Азербайджане дополнительно повысило видимость этой повестки, в том числе благодаря официальному акценту на коридорах зелёной энергии, системах хранения, электрических сетях, водороде и зонах зелёной энергетики.
Азербайджан обладает значительным потенциалом в области возобновляемой энергетики. Министерство энергетики оценивает технический потенциал страны приблизительно в 135GW для наземных ВИЭ и 157GW для морских ВИЭ. Экономический потенциал ВИЭ оценивается приблизительно в 27GW, включая около 3 000MW ветровой энергии, 23000 MW солнечной энергии, 380MW биоэнергии и 520MW от горных рек. Данная ресурсная база особенно актуальна для солнечных проектов в центральных и южных регионах, ветровых проектов на Абшеронском полуострове и вдоль побережья Каспия, гидроэнергетики в горных районах, а также для перспективного развития морской ветроэнергетики в Каспийском море.
По состоянию на начало 2026 года в Азербайджане на основе ВИЭ работают электростанции общей мощностью около 2 070MW, включая 65 гидроэлектростанций суммарной мощностью около 1 443,5MW, шесть ветровых электростанций мощностью около 306,5MW, девять солнечных электростанций мощностью около 278,2MW, одну электростанцию на биомассе мощностью около 37MW и три гибридные электростанции мощностью около 7,3MW, так что доля ВИЭ составляет приблизительно 20,8 процента общей установленной мощности. Эти показатели следует рассматривать как данные, не учитывающие ввод в эксплуатацию ВЭС Хызы-Абшерон.
Важнейший из недавних крупных проектов — солнечная электростанция «Гарадаг» мощностью 230MW, разработанная совместно с компанией Masdar и введённая в эксплуатацию в октябре 2023 года. Это был первый крупный солнечный проект промышленного масштаба с иностранными инвестициями в Азербайджане, и он остаётся ориентиром для программы возобновляемой энергетики страны. Среди других крупных проектов — ветровая электростанция Хызы-Абшерон мощностью 240MW совместно с ACWA Power, введённая в эксплуатацию в январе 2026 года; солнечные электростанции Билясувар (445MW) и Нефтчала (315MW), а также ветровая электростанция Абшерон-Гарадаг (240MW) совместно с Masdar; солнечный проект Шафаг (240MW) в Джебраиле совместно с BP; солнечный проект Гобустан (100MW), присуждённый по результатам аукциона; а также дополнительные солнечные проекты в Джебраиле, Физули, Нахчыване и других зонах зелёной энергетики.
Таким образом, рынок лучше всего характеризовать как находящийся в переходной стадии. Азербайджан ещё не является полностью либерализованным рынком возобновляемой энергетики, где застройщики могут опираться главным образом на продажи на открытом рынке и стандартизированные торговые структуры. Скорее, текущая модель остаётся в значительной степени формируемой государством. Крупные проекты, как правило, реализуются через проектные договорённости с участием Министерства энергетики, государственных энергетических компаний, отведения земельных участков, договоров технологического присоединения к сети, инвестиционных соглашений, договорённостей о закупке электроэнергии и, всё в большей степени, выбора производителей на основе аукционов. Данная структура может быть привлекательной для инвесторов при наличии чёткой государственной поддержки и банкируемых проектных документов, однако она также требует тщательной юридической проверки, поскольку ряд ключевых коммерческих защитных механизмов остаётся специфичным для конкретных проектов, а не полностью стандартизированным в публичном законодательстве.
II. НОРМАТИВНО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ
i. Нормативно-правовой контекст
Основное политическое направление развития сектора возобновляемой энергетики Азербайджана — переход к более экологичной, конкурентной и эффективной энергетической системе. Указ Президента No. 1209 от 29 мая 2019 года об ускорении реформ в энергетическом секторе заложил основу для реформирования рынка электроэнергии, либерализации отдельных сегментов сектора, усиления конкуренции и поддержки перехода к зелёной энергетике. Стратегия социально-экономического развития Азербайджанской Республики на 2022–2026 годы также определяет переход к зелёной энергетике, энергоэффективность и формирование низкоуглеродной экономики в качестве важных национальных целей развития.
Ключевые климатические обязательства Азербайджана имеют двоякий характер. В рамках определяемого на национальном уровне вклада (ОНУВ) в соответствии с Парижским соглашением страна ставит целью сокращение выбросов парниковых газов на 35 процентов к 2030 году по сравнению с базовым уровнем 1990 года; на COP26 в 2021 году Азербайджан дополнительно принял добровольное обязательство по сокращению выбросов на 40 процентов к 2050 году (также по сравнению с базовым уровнем 1990 года) и объявил освобождённые территории зоной «нулевых нетто-выбросов». Обновлённый ОНУВ определяет цель «40 процентов к 2050 году» как условную, зависящую от международной поддержки через финансирование, передачу технологий и наращивание потенциала. В связи с этими обязательствами Азербайджан стремится повысить долю ВИЭ в установленной генерирующей мощности до не менее 30 процентов к 2030 году, а Министерство энергетики указало, что первая фаза текущих партнёрских проектов должна добавить более 2GW новой мощности зелёной энергетики к 2027 году.
Отличительной чертой политики Азербайджана является интеграция возобновляемой энергетики с экспортной стратегией. Азербайджан развивает несколько концепций коридоров зелёной энергии, включая Каспийско-Черноморско-Европейский коридор зелёной энергии, Центральноазиатско-Азербайджанский коридор зелёной энергии, Азербайджано-Турецко-Европейский коридор зелёной энергии и Азербайджано-Грузинско-Турецко-Болгарский коридор зелёной энергии. Эти коридоры призваны связать отечественную и региональную генерацию из ВИЭ с европейскими и турецкими центрами потребления. В этом отношении политика Азербайджана в области возобновляемой энергетики — это не только внутренняя энергетическая политика; это также инфраструктурная, торговая и внешняя политика.
Зоны зелёной энергетики являются ещё одним ключевым инструментом политики. После восстановления азербайджанского контроля над освобождёнными территориями Президент подписал 3 мая 2021 года указ о мерах по созданию зоны зелёной энергетики на этих территориях. Концептуальный документ был подготовлен при участии TEPSCO, и официальная политика теперь рассматривает Карабах и Восточный Зангезур как приоритетные районы для солнечной и гидроэнергетики, распределённой генерации и умной энергетической инфраструктуры. Нахчыван также рассматривается в качестве зоны зелёной энергетики, с проектами суммарной мощностью более 1GW, находящимися на стадии обсуждения или разработки с участием международных и местных партнёров.
ii. Нормативно-правовая и разрешительная база
Основным законодательным актом, регулирующим производство электроэнергии из ВИЭ, является Закон Азербайджанской Республики No. 339-VIQ от 31 мая 2021 года «Об использовании возобновляемых источников энергии при производстве электрической энергии». Данный закон устанавливает правовые, экономические и организационные основы использования ВИЭ в производстве электроэнергии и создаёт базу для механизмов поддержки в секторе, включая гарантированный тариф и гарантированную закупку электроэнергии в рамках регулируемых договоров для отобранных производителей.
Закон 2021 года дополняется рядом важных подзаконных актов. К ним относятся: правила отбора производителя электроэнергии на территориях ВИЭ, утверждённые Указом Президента No. 2285 от 2 августа 2023 года; правила об ограничениях мощности и о применении механизма поддержки активных потребителей, утверждённые Кабинетом министров в соответствии со статьями 1.1.12 и 10.4 Закона о ВИЭ; правила о сертификатах происхождения электроэнергии из ВИЭ (Приказ Министерства энергетики No. 347 от 28 сентября 2023 года); а также правила об информационной системе в области возобновляемой энергетики (Приказ Министерства энергетики No. 348 от 28 сентября 2023 года).
Вторым основным законодательным актом является Закон об электрической энергии (электроэнергетике), Закон No. 858-VIQ от 11 апреля 2023 года, опубликованный в официальном печатном издании 20 мая 2023 года. Новый Закон об электроэнергетике модернизирует сектор, вводит рыночные правила, уточняет роли участников рынка, регулирует доступ к сетям и поддерживает постепенное движение к более конкурентному рынку электроэнергии, обеспечивая нормативную базу для передачи, распределения, поставки, балансировки, правомочных потребителей, двусторонних контрактов и регулируемых тарифов. Критически важно для сроков проектов то, что закон вступает в силу по ступенчатому графику согласно Указу Президента No. 2143: подготовительные и институциональные положения вступили в силу 1 января 2024 года; разделение генерации от остальной части цепочки создания стоимости и создание независимого оператора рынка — с 1 июля 2025 года; а основные положения о разделении распределительных компаний и завершении формирования оптового и розничного рынков (включая рынки балансировки и вспомогательных услуг) — только с 1 июля 2028 года. Таким образом, его практическое воздействие в значительной степени зависит от дальнейшего принятия подзаконных актов и от данного поэтапного графика, причём основные меры по либерализации не вступят в полную силу до 2028 года.
Министерство энергетики является центральным органом исполнительной власти, ответственным за государственную политику в энергетическом секторе. Оно играет ведущую роль в стратегии развития возобновляемой энергетики, международном сотрудничестве, разработке проектов, переговорах по стратегическим проектным документам и реализации государственной политики.
Агентство по возобновляемым источникам энергии Азербайджана (AREA) при Министерстве энергетики является специализированным органом по развитию возобновляемой энергетики. Оно содействует подготовке проектов, работе с зонами возобновляемой энергетики и реализации механизмов поддержки, выдаёт подтверждающие документы, на основании которых предоставляется таможенная льгота для импортируемого оборудования ВИЭ, и на практике служит важным контактным звеном для инвесторов.
Агентство по регулированию энергетики Азербайджана (AERA) является отраслевым регулятором, учреждённым как публичное юридическое лицо при Министерстве энергетики Указом Президента No. 1750 от 22 декабря 2017 года. Его функции включают надзор за регулируемой деятельностью, контроль качества обслуживания, мониторинг соблюдения разрешительных условий, арбитраж споров между участниками рынка, а также разработку инвестиционных стимулов и регуляторных реформ. Важно отметить, что AERA в настоящее время не устанавливает тарифы: тарифообразование остаётся за Тарифным советом.
Тарифный совет, соответственно, остаётся органом, ответственным за регулируемые цены и тарифы, включая розничные и оптовые тарифы на электроэнергию и закупочные тарифы на электроэнергию из ВИЭ. Хотя рынок электроэнергии движется к более структурированной и конкурентной модели, регулируемые тарифы по-прежнему значимы для передачи, распределения, поставки определённым категориям потребителей и иных регулируемых услуг.
ОАО «Азерэнерджи» остаётся ключевым государственным субъектом в области генерации и передачи электроэнергии и в рамках недавних проектов ВИЭ — центральным контрагентом по договорам купли-продажи электроэнергии и технологического присоединения к сети; AERA по-прежнему характеризует рынок как вертикально-интегрированную монополию, в которой Азерэнерджи является одновременно производителем и оператором магистральной сети. ОАО «Азеришыг» остаётся основным распределительным предприятием; распределительная деятельность была отделена от Азерэнерджи в 2015 году. SOCAR и SOCAR Green всё активнее участвуют в проектах зелёной энергетики, особенно на стыке возобновляемой электроэнергии, зелёного водорода, промышленной декарбонизации и экспортной стратегии.
С точки зрения инвестора основные правовые вопросы заключаются не только в первичных законодательных актах, но и в проектно-специфических исполнительных документах. Типичный крупный проект может потребовать определения земельного участка в качестве территории ВИЭ, процедуры отбора производителя или прямых переговоров с государством, инвестиционного соглашения, договора купли-продажи электроэнергии (PPA), договора технологического присоединения к сети, договора аренды земли, экологических согласований, разрешений на строительство, документации о техническом соответствии и разрешений на ввод в эксплуатацию. Хотя общая правовая база стала более развитой, наиболее важные для банкируемости защитные механизмы по-прежнему, вероятнее всего, содержатся в самих проектных документах.
III. Разработка проектов в области возобновляемой энергетики
i. Модели разработки проектов
В настоящее время Азербайджан использует несколько моделей разработки проектов в области возобновляемой энергетики.
Первая модель — это модель переговорного пилотного проекта, применявшаяся для ранних стратегических проектов с крупными международными спонсорами. Солнечная электростанция Garadagh мощностью 230MW совместно с Masdar и ветровой проект Хызы-Абшерон мощностью 240MW совместно с ACWA Power относятся к данной широкой категории: они были структурированы как стратегические проекты при государственной поддержке, с подписанием соглашений о реализации в 2020–2021 годах.
Вторая модель — это модель отбора производителя в зоне возобновляемой энергетики. В соответствии с правилами, утверждёнными в 2023 году, производители могут отбираться для территорий ВИЭ через структурированную процедуру. Наиболее важный пример — аукцион на солнечную электростанцию Гобустан мощностью 100MW. Министерство энергетики объявило аукцион в апреле 2024 года при поддержке Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР). Аукцион проводился в форме двухэтапного открытого аукциона в соответствии с правилами Указа No. 2285, при этом квалификационный этап завершился 12 июля 2024 года. На COP29 в ноябре 2024 года победителем была объявлена китайская компания Universal International Holdings Limited, предложившая наименьший тариф — US$0,0354 за кВт·ч; государственная закупка выработанной электроэнергии гарантирована Законом о ВИЭ. Это стало значительным событием, поскольку продемонстрировало способность Азербайджана перейти к конкурентному ценообразованию в проектах возобновляемой энергетики.
Третья модель — пакет стратегических проектов, согласованных с государством. Наиболее наглядный пример — «Мега»-проект Masdar, включающий солнечную электростанцию Билясувар мощностью 445MW, солнечную электростанцию Нефтчала мощностью 315MW и ветровую электростанцию Абшерон-Гарадаг мощностью 240MW. Земельные участки были определены решениями Кабинета министров, проведены работы по территориальному планированию, инвестиционные соглашения были завершены в октябре 2023 года, а 4 июня 2024 года (на Бакинской энергетической неделе) Министерство энергетики, Азерэнерджи и Masdar подписали проектные документы, включая дополнение к инвестиционному соглашению, договор купли-продажи электроэнергии, договор технологического присоединения к магистральной сети и договор аренды земли; финансовое закрытие было впоследствии объявлено на COP29. Это подтверждает, что текущая банкируемая проектная структура Азербайджана в значительной степени опирается на пакет документов с государственной поддержкой, а не на общую рыночную основу.
Четвёртая модель — модель меморандумов или соглашений о реализации для будущих проектов. Ряд проектов продвигается посредством меморандумов о взаимопонимании, соглашений о сотрудничестве или соглашений о реализации с такими компаниями, как Nobel Energy, China Energy Overseas Investment, SOCAR Green и Elecnor.
ii. Закупка электроэнергии и отбор мощности
Правовая и коммерческая структура договоров о закупке электроэнергии является одним из наиболее важных вопросов для инвесторов. На текущем рынке Азербайджана крупные проекты в области ВИЭ опираются на проектно-специфические договоры купли-продажи электроэнергии (PPA) с государственными субъектами, в первую очередь с Азерэнерджи, заключаемые в составе стандартизированного пакета контрактов, предусмотренного Указом No. 2285 (инвестиционное соглашение, PPA, договор присоединения и договор аренды земли), при этом критерии формирования тарифа устанавливаются данной нормативной базой; полные стандартизированные типовые формы и исчерпывающие коммерческие условия публично не доступны.
На практике, таким образом, банкируемость проекта в области ВИЭ в Азербайджане будет зависеть от деталей PPA и связанных прямых соглашений. Ключевые вопросы включают: срок PPA, уровень тарифа, валюту номинала, индексацию, обеспечение платежей, защиту от изменения законодательства, правила ограничения выдачи мощности, условную генерацию (deemed generation), форс-мажор, компенсации при расторжении, права кредиторов на вмешательство (step-in rights), разрешение споров и суверенную поддержку. Наличие инвестиционного соглашения и прямого соглашения может существенно повысить банкируемость (PPA Garadagh, например, заключён на 23 года, а PPA Хызы-Абшерон — на 25 лет), однако инвесторам не следует полагать, что защитные механизмы, применимые к одному проекту, будут автоматически распространяться на другой.
Аукцион на Гобустан указывает на то, что тарифная конкуренция может стать более регулярной чертой рынка. Тем не менее Азербайджан ещё не достиг стадии, на которой аукционы в области ВИЭ проводятся часто, стандартизированы и полностью предсказуемы. Поэтому первый аукцион лучше рассматривать как важный прецедент, а не как завершённый режим закупок.
Новый Закон об электроэнергетике может со временем создать больше возможностей для двусторонних контрактов, поставок правомочным потребителям и корпоративных договоров купли-продажи электроэнергии. Официальные материалы указывают, что правомочные потребители могут приобретать электроэнергию у любого поставщика, действующего в Азербайджане, тогда как неправомочные потребители остаются на обслуживании уполномоченного поставщика; пороговое значение правомочности было повышено со 150 кВт до 200 кВт поправкой конца 2023 года. Тем не менее рынок корпоративных PPA находится на начальной стадии, и проекты ВИЭ промышленного масштаба по-прежнему с большей вероятностью будут реализовываться через государственные или координируемые государством механизмы закупки электроэнергии, нежели через чисто частные торговые структуры.
iii. Земельные вопросы, присоединение к сети и разрешительные процедуры
Определение земельного участка является центральной частью разработки проекта. Ряд недавних проектов реализован на основании решений Кабинета министров о выделении конкретных земельных участков в качестве территорий ВИЭ — например, для солнечного проекта Шафаг в Джебраиле, солнечных проектов Masdar в Билясуваре и Нефтчале, ветрового проекта Абшерон-Гарадаг, солнечного проекта Nobel Energy в Джебраиле и солнечного проекта China Energy в Физули. Это свидетельствует о том, что приобретение земли и права землепользования представляют собой не просто частноправовые вопросы недвижимости; они являются частью процесса структурирования проекта, осуществляемого при государственном участии.
Присоединение к сети имеет не менее важное значение. Расширение возобновляемой энергетики Азербайджана зависит от способности передающих и распределительных сетей абсорбировать прерывистую генерацию. Недавняя проектная документация включает договоры присоединения к магистральной сети, а принятие в 2024 году правил электрических сетей является важным шагом к более формализованному управлению сетями. Тем не менее инвесторам следует проводить детальную техническую и правовую проверку пропускной способности присоединения, обязательств по усилению сети, сроков присоединения, риска ограничения выдачи мощности, диспетчерских команд, порядка учёта и балансировки. Актуальная проблема на практике: оператор электростанции Garadagh публично отметил, что сетевые ограничения ограничивают выдачу мощности ниже потенциала станции.
Экологические и строительные согласования также остаются необходимыми. Проекты ВИЭ могут требовать оценки воздействия на окружающую среду, разрешений на строительство, согласований землепользования, технических проектов, соблюдения требований безопасности и процедуры ввода в эксплуатацию. На освобождённых территориях и в Нахчыване могут возникать дополнительные практические вопросы, связанные с восстановлением, последовательностью создания инфраструктуры, земельными реестрами, безопасностью, страхованием и доступом.
iv. Текущий портфель проектов
Текущий портфель проектов в области возобновляемой энергетики Азербайджана является значительным.
Солнечная электростанция Garadagh — солнечный проект мощностью 230MW, разработанный совместно с Masdar и введённый в эксплуатацию в октябре 2023 года. Он был построен с привлечением иностранных инвестиций в размере около US$262 миллионов и, по ожиданиям, будет вырабатывать около 500 миллионов кВт·ч электроэнергии ежегодно, экономя приблизительно 110 миллионов кубических метров природного газа и сокращая выбросы примерно на 200 000 тонн в год.
Ветровая электростанция Хызы-Абшерон — проект мощностью 240MW, разработанный ACWA Power на условиях «строительство–владение–эксплуатация» в рамках 25-летнего PPA с Азерэнерджи, официально введённый в эксплуатацию 8 января 2026 года. Станция состоит из 37 турбин, расположенных в Абшеронском и Хызынском районах; ожидается, что она будет вырабатывать около 1 миллиарда кВт·ч ежегодно (застройщик указывает до порядка 907 ГВт·ч) и сокращать выбросы углекислого газа более чем на 400 000 тонн в год.
Солнечная электростанция Шафаг — проект мощностью 240MW в Джебраиле, реализуемый совместно с BP (а также с SOCAR и Азербайджанской инвестиционной компанией), запущенный в октябре 2024 года. Используется модель виртуальной передачи электроэнергии, при которой электроэнергия, произведённая в Джебраиле, передаётся Азерэнерджи, а эквивалентный объём электроэнергии поставляется Азерэнерджи терминалу Сангачал компании BP, существенно сокращая выбросы от операций терминала.
«Мега»-проект Masdar включает солнечную электростанцию Билясувар мощностью 445MW, солнечную электростанцию Нефтчала мощностью 315MW и ветровую электростанцию Абшерон-Гарадаг мощностью 240MW. Эти проекты являются одними из наиболее важных индикаторов амбиций Азербайджана в сфере ВИЭ промышленного масштаба; первая солнечная панель была установлена в Билясуваре в октябре 2025 года.
Солнечная электростанция Гобустан — проект мощностью 100MW, присуждённый компании Universal International Holdings Limited по результатам аукциона 2024 года, с запланированным вводом в эксплуатацию в 2027 году. Ожидается, что станция будет вырабатывать около 260 миллионов кВт·ч электроэнергии ежегодно, экономить около 57 миллионов кубических метров природного газа и сокращать выбросы углерода приблизительно на 124 000 тонн.
Nobel Energy разрабатывает солнечные электростанции «Уфуг» и «Шамс» в Джебраиле, каждая планируемой мощностью 50MW, с подписанием контрактов на реализацию на Бакинской энергетической неделе в июне 2025 года. China Energy Overseas Investment и SOCAR Green продвигают солнечный проект мощностью 160MW в Физули. Elecnor входит в число международных компаний, подписавших документы о сотрудничестве в секторе. Дополнительные проекты обсуждаются в Нахчыване и других зонах зелёной энергетики.
IV. Распределённая и бытовая возобновляемая энергетика
Распределённая и бытовая возобновляемая энергетика в Азербайджане юридически признана, но находится на более ранней стадии развития, чем ВИЭ промышленного масштаба. Ключевая концепция — «активный потребитель». В соответствии с подзаконными актами, принятыми в 2023 году, Азербайджан установил механизм поддержки активных потребителей, производящих электроэнергию из ВИЭ, и определил соответствующие ограничения мощности; эти правила приняты Кабинетом министров на основании статей 1.1.12 и 10.4 Закона о ВИЭ.
Режим активных потребителей важен тем, что он создаёт правовую основу для кровельных солнечных установок, собственного потребления и механизмов обращения с избытками электроэнергии для домохозяйств, коммерческих пользователей и других мелких генераторов. Тем не менее практические коммерческие детали требуют тщательного анализа в каждом конкретном случае. Инвесторам и установщикам необходимо уточнять применимые ограничения мощности наряду с процедурами присоединения, требованиями к приборам учёта, расчётным периодом, механизмом компенсации за избыточную электроэнергию и налоговым режимом.
Азербайджан также ввёл налоговые стимулы для частного бытового производства электроэнергии из ВИЭ в пределах применимых ограничений мощности. Это может содействовать росту кровельной солнечной энергетики и мелкомасштабной генерации из ВИЭ. Тем не менее массовое внедрение остаётся ограниченным. Рынку по-прежнему необходимы расширение потенциала установщиков, потребительское финансирование, стандартизированные процедуры присоединения, повышение осведомлённости населения и прозрачные практики выставления счетов.
Освобождённые территории являются практической площадкой для испытания распределённой возобновляемой энергетики. Официальные материалы указывают, что солнечные панели общей мощностью более 5MW установлены в более чем 1 500 частных домах, общественных зданиях и социальных объектах на этих территориях. Это свидетельствует о том, что развёртывание распределённой возобновляемой энергетики увязывается с восстановлением, умными поселениями и политикой зон зелёной энергетики.
Кроме того, реализуется пилотный проект плавучей солнечной электростанции на озере Боюкшор. Фотоэлектрическая система мощностью 100 кВт была введена в эксплуатацию в 2024 году при поддержке Азиатского банка развития. Несмотря на малую мощность, проект значим как первый солнечный объект Азербайджана на водной поверхности и может поддержать будущие бизнес-модели частного сектора для плавучих солнечных проектов.
В целом распределённые и бытовые ВИЭ являются перспективным, но пока не центральным элементом национальной электроэнергетической системы. В ближайшей перспективе рынок остаётся под доминированием проектов промышленного масштаба. Распределённая генерация может стать более привлекательной, если режим активных потребителей будет внедрён чётко, если банки и установщики разработают продукты потребительского финансирования, и если коммерческие и промышленные потребители начнут рассматривать кровельную солнечную энергетику как хеджирование от будущих изменений цен на электроэнергию.
V. Цепочка поставок в области возобновляемой энергетики
Цепочка поставок в области возобновляемой энергетики Азербайджана развивается, однако страна, по-видимому, пока не обладает глубокой отечественной производственной базой для солнечных панелей, ветровых турбин, инверторов, аккумуляторов или иных основных компонентов ВИЭ. Текущий портфель проектов, таким образом, в значительной степени опирается на импортное оборудование, международных EPC-подрядчиков, иностранных поставщиков технологий и местную поддержку в области строительных работ, монтажа и эксплуатации.
Одна из наиболее важных мер поддержки — таможенная льгота. В 2024 году поправки к Закону о таможенном тарифе и соответствующее решение Премьер-министра позволили ввозить оборудование, запасные части и комплектующие для ВИЭ беспошлинно на основании подтверждающих документов, выдаваемых Государственным агентством по возобновляемым источникам энергии (AREA); освобождение вступило в силу с 1 июня 2024 года на первоначальный период в три года. Данная мера призвана снизить стоимость технологий ВИЭ, поддержать экономику проектов и стимулировать иностранные и частные инвестиции.
В отличие от некоторых юрисдикций, опубликованная нормативная база не устанавливает широкого обязательного требования по локализации для проектов ВИЭ. Это положительно для банкируемости, поскольку спонсоры могут закупать проверенные международные технологии без необходимости выполнения жёстких квот отечественного производства. В то же время отсутствие строгих требований по локализации означает, что промышленное развитие может происходить постепенно и преимущественно в сфере услуг, а не в виде немедленного полномасштабного производства компонентов.
Наиболее реалистичные краткосрочные возможности в местной цепочке поставок — это инженерное обеспечение, строительство, фундаменты, дороги, подстанции, сетевые работы, эксплуатация и техническое обслуживание, экологические услуги, безопасность, логистика и местные профессиональные услуги. По мере роста числа проектов Азербайджан может также развить местный потенциал в области сборки, электрических вспомогательных систем и специализированного обслуживания. Развитие морской ветроэнергетики или водородной отрасли потребует более сложных портовых, морских, производственных и промышленных мощностей, однако эти сегменты остаются долгосрочными возможностями.
Планирование закупок имеет особое значение. Спонсорам следует учитывать сроки таможенного оформления, требования к сертификации, экспортно-контрольные вопросы, транспортные маршруты, доступ к портам и дорогам, страхование, запасные части, доступность сетевого оборудования и наличие квалифицированных местных субподрядчиков. На освобождённых территориях вопросы логистики и последовательности создания инфраструктуры могут быть особенно важными.
VI. Иные ключевые аспекты
i. Коридоры зелёной энергии
Коридоры зелёной энергии занимают центральное место в стратегии возобновляемой энергетики Азербайджана. Каспийско-Черноморско-Европейский коридор зелёной энергии основан на соглашении о стратегическом партнёрстве, подписанном Азербайджаном, Грузией, Румынией и Венгрией в Бухаресте 17 декабря 2022 года. Проект предусматривает выработку и передачу зелёной энергии из Каспийского региона в направлении Европы, в том числе через передающую инфраструктуру и организационные механизмы с участием операторов магистральных сетей.
Центральноазиатско-Азербайджанский коридор зелёной энергии — ещё одна важная инициатива. В ноябре 2024 года в рамках COP29 Азербайджан, Казахстан и Узбекистан подписали соглашение о стратегическом партнёрстве по развитию и передаче зелёной энергии (13 ноября 2024 года); для его реализации 27 декабря 2024 года Азерэнерджи, Казахстанская компания по управлению электрическими сетями и Национальные электрические сети Узбекистана учредили совместное предприятие «Green Corridor Union». Данный коридор может позволить агрегировать электроэнергию из ВИЭ Центральной Азии и Азербайджана и передавать её в западном направлении.
Азербайджан также работает над сотрудничеством в области передачи электроэнергии с Турцией и Европой. Особое значение имеет интеграция через Нахчыван. Планируемый экспорт возобновляемой электроэнергии из Нахчывана и потенциальная передача электроэнергии из Каспийского региона и Центральной Азии в Турцию и Европу являются стратегическими приоритетами. Эти проекты сложны и потребуют крупных инвестиций в сети, трансграничных соглашений, технических исследований и коммерческих структур.
ii. Водород
Водород является развивающимся, но пока не зрелым сегментом. При поддержке Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) Азербайджан оценил потенциал производства «зелёного» и «голубого» водорода, внутреннего потребления и экспорта. Результаты маркетингового исследования указывают на то, что производство и экспорт «зелёного» водорода могут быть экономически эффективными в определённых сценариях. Национальный стратегический обзор Азербайджана по водороду был подготовлен и представлен в рамках COP29, и в настоящее время ведётся работа над планом реализации.
Для инвесторов водород следует рассматривать как средне- и долгосрочную опцию, а не как немедленно банкируемый рынок. Ключевые нерешённые вопросы включают закупку, сертификацию, транспортную инфраструктуру, доступность водных ресурсов, ценообразование на электроэнергию, экспортные маршруты, внутренний промышленный спрос, субсидирование и согласование с европейскими стандартами импорта. Тем не менее существующая экспортная инфраструктура Азербайджана, каспийское положение, опыт в газовой отрасли и стратегия зелёных коридоров делают водород потенциально важным сектором на перспективу.
iii. Морская ветроэнергетика
Азербайджан обладает весьма значительным потенциалом морской ветроэнергетики в Каспийском море, оцениваемым приблизительно в 157 GW. Международные институты оказали поддержку в подготовке дорожной карты морской ветроэнергетики, и ряд морских акваторий был определён в рамках концепции пилотного проекта офшорной ветроэнергетики.
Несмотря на это, морская ветроэнергетика остаётся на докоммерческой стадии. Прежде чем банкируемые офшорные проекты смогут быть реализованы, Азербайджану потребуется более детальная правовая и нормативная база, регулирующая права на морское дно, морские разрешения, экологическое регулирование, присоединение к сети, портовую инфраструктуру, правила проведения тендеров, строительные риски, вывод из эксплуатации, морскую безопасность и долгосрочную закупку электроэнергии. Морская ветроэнергетика может стать одной из наиболее значительных возможностей Азербайджана в области ВИЭ, однако, вероятно, будет развиваться после того, как программа наземной солнечной и ветровой энергетики достигнет зрелости.
iv. Зоны зелёной энергетики и освобождённые территории
Освобождённые территории являются важным политическим приоритетом. Правительство намерено трансформировать их в зоны зелёной энергетики, сочетая восстановление гидроэнергетики, солнечную генерацию, умные поселения, распределённую солнечную энергетику, энергоэффективность и реконструкцию электрических сетей. Официальная информация указывает, что 38 малых гидроэлектростанций общей мощностью около 307MW были восстановлены или введены в эксплуатацию Азерэнерджи на этих территориях, произведя около 550 миллионов кВт·ч зелёной электроэнергии в 2024 году. Солнечные проекты Шафаг, «Уфуг» и «Шамс» реализуются в Джебраиле, а дополнительные проекты планируются в Физули и других районах.
Эти территории пользуются сильной политической поддержкой и высокой видимостью. Тем не менее инвесторам следует тщательно оценивать правовой статус земли, готовность инфраструктуры, сроки присоединения, вопросы безопасности, страхования, риск наличия неразорвавшихся боеприпасов (при необходимости), транспортную доступность, координацию с местными органами власти и строительную логистику. В подобных районах проектные документы должны с особой тщательностью распределять задержки и риски.
v. Электрические сети, системы хранения и балансировка
Быстрая интеграция солнечной и ветровой энергетики потребует усиления сетей, совершенствования прогнозирования, механизмов балансировки и, возможно, систем хранения энергии. Закон об электроэнергетике 2023 года и правила электрических сетей 2024 года являются важными шагами, однако практическая реализация определит, насколько эффективно возобновляемая энергия может быть интегрирована. Спонсорам следует провести проверку того, является ли мощность присоединения к сети гарантированной, требуются ли работы по усилению сети, кто оплачивает эти работы, компенсируется ли ограничение выдачи мощности, как обрабатываются аварийные отключения, а также как организованы учёт и балансировка. Азерэнерджи самостоятельно разрабатывает крупномасштабные системы аккумуляторного хранения энергии, по имеющимся данным — одни из крупнейших в СНГ, на подстанции 500 кВ «Абшерон» и других подстанциях, наряду с проектами передачи, для содействия интеграции прерывистой генерации из ВИЭ.
Акцент COP29 на системах хранения и электрических сетях актуален в этом контексте. Глобальные обязательства по системам хранения и электрическим сетям, представленные на COP29, согласуются с собственной потребностью Азербайджана в укреплении передающей и распределительной инфраструктуры. В среднесрочной перспективе аккумуляторные системы хранения, гидроаккумулирующие станции, гибкая газовая генерация и региональная интерконнекция могут стать более значимыми для банкируемости проектов ВИЭ.
vi. Иностранные инвестиции и разрешение споров
Азербайджан в целом открыт для иностранных инвестиций в возобновляемую энергетику, что подтверждается проектами с участием Masdar, ACWA Power, BP, China Energy, Universal International, Nobel Energy и других компаний. Страна имеет опыт реализации крупных проектов с иностранным участием, особенно в нефтегазовой отрасли, и этот опыт релевантен для структурирования проектов в области ВИЭ.
Режим иностранных инвестиций Азербайджана предоставляет стандартные гарантии, включая компенсацию в случае реквизиции или национализации и период защиты от ухудшения законодательства; страна является участницей примерно 50 двусторонних инвестиционных договоров. Тем не менее инвесторам в возобновляемую энергетику не следует полагаться исключительно на общие инвестиционные гарантии. Проектно-специфические соглашения должны регулировать применимое право, разрешение споров, стабилизацию условий, изменение законодательства, налоговый режим, компенсацию при расторжении, политический форс-мажор, экспроприацию, конвертируемость и переводимость валюты, а также права кредиторов. Международный арбитраж может быть особенно важен для крупных проектов с иностранными спонсорами, однако наличие и форма арбитража должны быть подтверждены в каждом проектном документе.
vii. Налоги, таможенные пошлины и стимулы
Система стимулов становится более благоприятной. Ранее обсуждённые освобождения от таможенных пошлин на оборудование для ВИЭ особенно актуальны. Налоговые стимулы также могут распространяться на производителей электроэнергии из ВИЭ, работающих в рамках государственно-частного партнёрства или договоров купли-продажи электроэнергии: прибыль таких производителей освобождается от налога на прибыль, а активы, связанные с проектом, — от налога на имущество, в каждом случае на срок действия соответствующего соглашения, но не более 30 лет (включая период строительства); льгота по НДС на импортируемое оборудование предоставляется на аналогичных основаниях.
Инвесторам следует проверять точный объём, сроки и критерии соответствия для каждого стимула. Особое внимание следует уделить тому, применяются ли стимулы автоматически или требуют подтверждения компетентного органа, должен ли проект отвечать требованиям минимальной мощности, являются ли перечни оборудования исчерпывающими, распространяются ли стимулы на субподрядчиков и влияют ли изменения в структуре проекта на право на льготы.
VII. Выводы и рекомендации
Азербайджан перешёл от общих политических деклараций к формированию реального рынка возобновляемой энергетики. Принятие Закона о ВИЭ 2021 года, Закона об электроэнергетике 2023 года, подзаконных правил об отборе производителей и об активных потребителях, проведение первого конкурентного солнечного аукциона, ввод в эксплуатацию солнечной электростанции Garadagh и ветровой электростанции Хызы-Абшерон, а также формирование портфеля проектов на несколько гигаватт свидетельствуют о том, что сектор становится всё более инвестиционно привлекательным.
Наиболее сильные текущие возможности — в солнечной энергетике промышленного масштаба и наземной ветроэнергетике, особенно там, где проект имеет государственную поддержку, земельный участок определён, присоединение к сети координируется с Азерэнерджи и спонсор может согласовать банкируемый PPA и инвестиционное соглашение. Проекты на освобождённых территориях и в Нахчыване могут представлять значительную стратегическую ценность, однако требуют дополнительной проверки. Морская ветроэнергетика и водород весьма перспективны, но остаются долгосрочными возможностями, требующими дальнейшего правового и коммерческого развития.
Основные риски связаны не с отсутствием политической поддержки, а с незавершённой зрелостью регуляторной и контрактной экосистемы. Публично доступное законодательство пока не даёт ответов на все вопросы банкируемости, а ряд ключевых рыночных реформ по-прежнему реализуется в соответствии с поэтапным графиком, который завершается не ранее 2028 года. Инвесторам, таким образом, следует сосредоточиться на проектных документах и не полагать, что общая законодательная поддержка будет достаточной.
Для спонсоров рекомендуемый подход — избирательный и основанный на документах. Азербайджан пока не является чисто торговым рынком ВИЭ; это переговорный инфраструктурный рынок с растущими аукционными элементами. Там, где проект обеспечен чёткой государственной поддержкой, надёжным закупщиком, твёрдыми земельными правами, банкируемым PPA и ясным решением по присоединению к сети, Азербайджан может предложить сильную возможность для первопроходцев. Там, где эти элементы отсутствуют, правовые и реализационные риски остаются слишком значительными, чтобы их игнорировать.
Приложение 1
ОБ АВТОРАХ
Royal Ibrahimli
GRATA International, Азербайджан
Royal Ibrahimli — советник (Counsel) в GRATA International, Азербайджан. Его практика сосредоточена на корпоративном праве и M&A, банковском и финансовом праве, рынках капитала, энергетике и возобновляемой энергетике, телекоммуникациях, налоговом и таможенном праве.
Обладая более чем 12-летним юридическим опытом, Royal консультирует отечественных и международных клиентов по сложным сделкам, регуляторным вопросам и крупным инвестиционным проектам. Он имеет обширный опыт в области банковского и финансового права, M&A, энергетики и возобновляемой энергетики, страхования, телекоммуникаций и недвижимости, включая руководство и координацию мультидисциплинарных юридических проектов.
Royal обладает особым опытом консультирования по проектам в области возобновляемой энергетики и инфраструктуры, включая вопросы разработки проектов, структурирования инвестиций, финансирования, нормативных требований, земельных и имущественных вопросов, корпоративных механизмов и контрактных аспектов. Его отраслевой опыт охватывает традиционную и возобновляемую энергетику, аэрокосмическую отрасль, финансовые услуги и инвестиции, телекоммуникации, транспорт и логистику, фармацевтику, недвижимость и FMCG.
GRATA International, Азербайджан
Mobile: +994 50 451 41 42
Phone: +994 12 594 60 10
E-mail: ribrahimov@gratanet.com
133, Bashir Safaroglu str., SAT Plaza, 13th floor, Baku, Azerbaijan, AZ1009
Mikayil Ismayilzada
GRATA International, Азербайджан
Mikayil Ismayilzada — юрист (Associate) в GRATA International, Азербайджан. Его практика охватывает корпоративное право, M&A, финансовые сделки, сложные реструктуризации и инвестиции. Он также обладает значительной экспертизой в области банковского и финансового права, налогового права, договорного права, права недвижимости и строительства, транспортного и инфраструктурного права, энергетического права и права нефти и газа, телекоммуникационного права, ИТ-права и права интеллектуальной собственности.
Он регулярно консультирует по трансграничным инвестициям, корпоративным реорганизациям и вопросам регуляторного соответствия в высокорегулируемых отраслях, что позволяет ему предоставлять комплексные решения, согласующие коммерческую стратегию с юридической точностью в нескольких юрисдикциях. Его мультидисциплинарный опыт позволяет ему предвидеть риски, эффективно структурировать сделки и обеспечивать прагматические результаты для клиентов в различных секторах.
Mikayil имеет более пяти лет опыта на рынке юридических услуг Азербайджана. До присоединения к GRATA International он работал старшим юристом в Бакинском департаменте по работе с юридическими лицами Государственного фонда социальной защиты, где приобрёл ценный опыт в области регуляторных рамок и вопросов публичного права.
GRATA International, Азербайджан
Mobile: +994 50 451 41 42
Phone: +994 12 594 60 10
E-mail: ribrahimov@gratanet.com
133, Bashir Safaroglu str., SAT Plaza, 13th floor, Baku, Azerbaijan, AZ1009
Источники
[1] EBRD, Azerbaijan’s first renewables auction concludes at COP29: https://www.ebrd.com/home/news-and-events/news/2024/azerbaijans-first-renewables-auction-concludes-at-cop29-with-ebrd-support.html
[2] Ministry of Energy of Azerbaijan, Use of renewable energy sources in Azerbaijan: https://minenergy.gov.az/en/alternativ-ve-berpa-olunan-enerji/azerbaycanda-berpa-olunan-enerji-menbelerinden-istifade
[3] Ibid.
[4] Ibid.
[5] Ibid.
[6] Azerbaijan Renewable Energy Agency (AREA), 230 MW Garadagh Solar Power Plant: https://area.gov.az/en/page/layiheler/cari-layiheler/230-mvt-gunes-elektrik-stansiyasi
[7] Masdar, Garadagh (Area 60) Solar PV Plant (первый крупный солнечный проект на основе иностранных инвестиций в формате ГЧП): https://masdar.ae/en/renewables/our-projects/garadagh-area-60-solar-photovoltaic-power-plant
[8] Официальный сайт Президента Азербайджана, открытие ВЭС Хызы-Абшерон 240 MW (8 января 2026 г.): https://president.az/en/articles/view/71234
[9] Ibid., 3
[10] Указ Президента No. 1209 от 29 мая 2019 г.: https://e-qanun.az/framework/42550
[11] Ibid., 3
[12] IEA, Azerbaijan Energy Profile (сокращение на 35% к 2030 г. от базового 1990 г. в соответствии с ОНУВ): https://iea.blob.core.windows.net/assets/0528affc-d2ba-49c9-ac25-17fc4e8724f7/AzerbaijanEnergyProfile_2023.pdf;
[13] IEA, Azerbaijan’s energy context (COP26: 40% к 2050 г. от базового 1990 г.): https://www.iea.org/reports/implementing-a-long-term-energy-policy-planning-process-for-azerbaijan-a-roadmap/azerbaijan-s-energy-context; Legal500: https://www.legal500.com/guides/chapter/azerbaijan-renewable-energy/
[14] Ibid., 3
[15] Ibid., 3; Официальный сайт Президента Азербайджана (коридорные соглашения): https://president.az/en/pages/view/azerbaijan/contract
[16] Ibid., 3
[17] Закон о ВИЭ No. 339-VIQ от 31 мая 2021 г.: https://e-qanun.az/framework/47842
[18] Указ Президента No. 2285 от 2 августа 2023 г.: https://e-qanun.az/framework/54882
[19] Приказы Министерства No. 347 и No. 348 от 28 сентября 2023 г.: https://e-qanun.az/framework/55298, https://e-qanun.az/framework/55304
[20] Закон об электроэнергетике от 11 апреля 2023 г. No. 858-VIQ: https://e-qanun.az/framework/54209
[21] Министерство энергетики Азербайджана: https://minenergy.gov.az/en
[22] AERA, Electricity Market Structure (вертикально-интегрированная монополия; Азерэнерджи как производитель и оператор магистральных сетей): https://regulator.gov.az/en/elektrik/elektrik-enerjisi-sebekesi-ve-daxili-topdansatis-bazari;
[23] IEA, Azerbaijan energy security (распределительные сети отделены от Азерэнерджи и переданы Азеришыг в 2015 г.): https://www.iea.org/reports/azerbaijan-energy-profile/energy-security
[24] Power Technology (долевое участие Masdar/SOCAR): https://www.power-technology.com/news/masdar-socar-clean-energy-azerbaijan/; Legal500: https://www.legal500.com/guides/chapter/azerbaijan-renewable-energy/
[25] EBRD, Azerbaijan launches first renewables auction: https://www.ebrd.com/news/2024/azerbaijan-launches-first-renewables-auction.html; Министерство энергетики Азербайджана, запуск первого аукциона на солнечную ФЭС: https://minenergy.gov.az/en/elanlar/gunes-elektrik-stansiyasi-uzre-ilk-herrac-kecirilir
[26] Ibid.
[27] Ibid., 15
[28] ADB (Garadagh: 23-летний PPA с Азерэнерджи): https://www.adb.org/news/adb-masdar-sign-21-million-loan-build-landmark-solar-power-project-azerbaijan; IPP Journal / ACWA Power (Хызы-Абшерон: 25-летний PPA с Азерэнерджи): https://ippjournal.com/news/envision-brings-240-mw-wind-project-in-azerbaijan-to-commercial-operation
[29] Ibid., 1
[30] Trend (ограничения сетевой инфраструктуры ограничивают выдачу мощности Garadagh): https://www.trend.az/business/green-economy/4194175.html
[31] Azerbaijan Renewable Energy Agency (AREA) (US$262 млн; 500 млн кВт·ч/год; 110 млн м³ газа; 200 000 т CO₂): https://area.gov.az/en/page/layiheler/cari-layiheler/230-mvt-gunes-elektrik-stansiyasi
[32] Ibid., 3
[33] Ibid.
[34] Ibid.
[35] Ibid.
[36] Ibid.
[37] Ibid., 15
[38] Ibid., 3
[39] Ibid.
[40] Ibid.
[41] Официальный сайт Президента Азербайджана (офшорный ветровой потенциал азербайджанского сектора Каспия оценивается в ~157 GW): https://president.az/en/articles/view/71234
[42] Ibid., 15
